Малышева Марина Михайловна

«В Институт социально-экономических проблем народонаселения я пришла в 1993 году. Узнав, что Н.М. Римашевская открыла лабораторию гендерных исследований, я без колебаний приняла решение продолжить научный путь именно здесь.»

Марина Михайловна — представитель научной школы Н.М. Римашевской. Стояла у истоков гендерных исследований в России, участвовала в уникальных международных проектах, соединявших количественные и качественные методы.

Вопрос: Как небольшой коллектив единомышленников во главе с Н.М. Римашевской смог заложить основы гендерных исследований в России и провести уникальные международные проекты, опередившие время? Об этом — в её личных воспоминаниях.

За плечами у меня уже была кандидатская диссертация на тему «Социальная эффективность профессионального труда женщин: опыт анализа международных исследований» (1984 г.) и ряд публикаций, где о сегрегации и дискриминации женщин я писала не как о западном феномене, а как о явлениях, присущих советскому и российскому обществу. Те же идеи анализировались в статьях Римашевской Н.М., опубликованных совместно с Анастасией Посадской и Натальей Захаровой в конце 80-х. Они цепляли за живое, приковывали внимание своей глубиной. Желание работать в этом профессиональном сообществе и понимание острой социальной необходимости держаться вместе для формирования новой социальной политики бесповоротно определили мои шаги по вхождению в школу Н.М. Римашевской.

Десятилетие совместной работы, последовавшее после прихода в ИСЭПН РАН, оказалось самым плодотворным и захватывающим в моей жизни. Были проведены десятки конференций и семинаров по вопросам демократизации гендерных отношений в России, причём почти все они имели международный характер. Н.М. Римашевская всегда приветствовала привлечение методов разных наук, стремилась к их взаимному обогащению. Она была первой среди экономистов, кто признал большую ценность качественных методов. Глубинные интервью и даже устную историю она защищала от клейма «субъективизма», которое им приписывали классики российской социологии. Она виртуозно использовала эти методы уже в середине 90-х годов, когда основная масса учёных к ним только осторожно присматривалась.

Я остановлюсь лишь на одном проекте, в котором мы работали вместе и активно сочетали качественную и количественную методологию. Это был проект, инициированный ИСЭПН РАН и Университетом Цинциннати (США) в 1995 году. Центральной темой исследования стало влияние социально-экономических реформ на состояние брачных отношений в российских семьях. Проект получил поддержку Национального научного фонда США (NSF) и завершился изданием двух монографий:

• “Marriages in Russia: Couples During the Economic Transition” (Praeger, Westpost CT, 1999) — ссылка
• «Окно в русскую частную жизнь. Супружеские пары в 1996 г.» — ссылка

Исследование проводилось в Москве и в сельских районах Псковской и Саратовской областей в 1996 году. Всего было опрошено 1500 респондентов. В отличие от всех предыдущих исследований по семье, проводившихся в России, в этом проекте качество браков измерялось при помощи специальных шкал. Отдельный блок вопросов был посвящён домашнему насилию — на тот момент тема только входила в оборот социологических исследований.

Но особая уникальность состояла не в масштабах опроса, а в методологии. Во избежание конфликтов между супругами опрос мужа и жены проводился одномоментно, двумя разными интервьюерами. Супругов разводили по разным комнатам, и в итоге никто из них не мог упрекнуть другого в том, что он(она) «вынес сор из избы». Этот приём не только обеспечивал безопасность женщинам, которые подвергались насилию, но и повышал достоверность данных. Сверх того, выборочно у отдельных респондентов мы брали глубинные интервью, чтобы наполнить количественные данные конкретным содержанием. Таким образом, от макроанализа мы могли переходить к микроанализу и учитывать реальный контекст жизненных историй.

Не будет преувеличением сказать, что методология этого исследования и сегодня является актуальной для студентов и аспирантов, которые занимаются фамилистикой и изучением домашнего насилия. Повторное исследование такого рода могло бы стать реальным вкладом в науку и показать динамику гендерных отношений в России за последние два десятилетия.

В исследовании с российской стороны приняли участие также научный сотрудник ИСЭПН РАН М.П. Писклакова-Паркер и сотрудник Института социологии РАН Е.Ю. Мещеркина. С американской стороны проект возглавила профессор Университета Цинциннати Дана Ванной, которой ассистировала исследователь Лиза Кубинс.